Опасный банк: cколько сэкономила страна, ликвидировав Госзембанк

Комментарий Владимира Романовича Макара для ИА «Лига.Бизнес»:

17.06.2015 Верховная Рада приняла закон о ликвидации Государственного земельного банка (ГЗБ).

Двумя законопроектами нардепов-регионалов Евгения Сигала и Владислава Лукьянова, вынесенными на рассмотрение Верховной Рады в октябре и ноябре прошлого года, предлагалось передать в уставной фонд ГЗБ более 10 млн га госземель сельхозназначения. Для сравнения — у десяти крупнейших агрохолдингов Украины суммарно менее 3 млн га.

Более того — проектами Сигала и Лукьянова предлагалось разрешить Госзембанку покупать земли даже во время действия моратория на продажу сельхозземель. Наличие единственного игрока на рынке в течение как минимум двух лет (отмена моратория планировалась на 2016 год) позволяло выкупать участки по заниженной или, наоборот, необоснованно завышенной стоимости.

Вторая проблема — юридический статус земли, перешедшей в собственность банка. «Как только государственная земля внесена в уставной фонд банка, с формальной точки зрения она принадлежит уже не государству, а госпредприятию», — рассказывает глава Украинской аграрной ассоциации Владимир Романович Макар. Предприятие в любой момент может обанкротиться и в счет погашения долга передать активы кредиторам. Примеров умышленного банкротства привлекательных госпредприятий в Украине много.

Еще одна опасность — размывание госпакета акций в банке. «То, что ГЗБ был на 100% государственным вчера, не значит, что он будет полностью принадлежать государству завтра: в любой момент может быть объявлена допэмиссия акций, которые выкупит частное предприятие», — говорит Макар. В качестве примера он приводит печально известные случаи «вымывания» государства из ХлебИнвестБуда и Хлеба Украины.

Владимир Макар называет еще две потенциально коррупционные схемы. Во-первых, право выкупа любой земли можно было использовать как инструмент давления на неугодные агрохозяйства. «Например, Госзембанк выкупает несколько наделов посреди поля и просто запрещает арендатору крупного участка проезд и их любое другое использование», — рассказывает Владимир Макар. Арендатор не может эффективно обрабатывать свою землю из-за этого запрета и вынужден или договариваться с монополистом, или отказывать от аренды поля.

ГЗБ сам решал, кому и под какие проценты давать льготные кредиты. Формальные требования можно было обойти, и заинтересованные люди могли получить ссуду под символические проценты практически без залога или же за откат или другую благодарность. «Не исключена и схема, когда предприятие получало кредит, допустим, под 12% годовых, после чего просто помещало средства на депозит в другой банк под 22-25%», — объясняет Владимир Макар. Конечно, какие-то механизмы контроля использования средств формально бы существовали, но их эффективность в условиях тотальной коррупции вызывает обоснованные сомнения.

Post Navigation